принц Матеуш.
быть современным - это рвать душу из всего.(с) YY
за эти пару месяцев, да и вообще начиная с января со мной произошли необратимые изменения и это уже окончательно и бесповоротно, я думаю.
сейчас самое время разложить все на составляющие.
я окончательно перешла в режим созерцания и отрешения от всего мира.
теперь нет даже ощущения, что жизнь проходит мимо меня. мне всегда казалось, что в соседнем саду трава зеленее и нужно дышать больше, прыгать выше и мчаться туда, где люди, ведь там, рядом с ними, обязательно какая-то другая более яркая и настоящая, так необходимая мне жизнь.
смотреть по сторонам широко раскрытыми глазами, выворачиваться наизнанку, мчаться по первому зову, всех бесконечно спасать и быть рядом, рядом со всеми бесконечно рядом и держать связь.
сейчас я смотрю только внутрь себя. я понимаю, что все эти люди, в действительности никогда не были моими, или не были моими по-настоящему, никто из них.
и всякий раз, при желании собрать толпу, я останавливаю себя, ибо толпа не моя и собирать ее не из кого.
я не знаю, как это объяснить.
я разучилась отвечать на звонки. мне страшно поднимать телефонную трубку. меня гипнотизирует это зрелище, которое тянется бесконечность. я не могу заставить себя выйти в этот сраный вконтакт, хотя выходить уже давно пора, ибо работа.
полагаю, это наступило еще зимой, вместе с резким пониманием, что тебя поимели, все кто мог. и теперь меня преследует стойкое чувство, что всякому человеку не нужна я сама по себе, а лишь то, что я могу дать. я очень долго пыталась объяснить одной милой барышне, в чем именно моя проблема сейчас в отношении всей вот этой социальной среды. ведь по мнению стороннего наблюдателя проблемы-то и нет.
в жопу фотографов, в жопу дизайнеров, моделей в жопу, сил моих больше нет.
у меня больше нет сил, кому-то что-то от себя отрывать. и, если ради этого нужно, чтобы все вокруг тебя исчезли совсем, то так тому и быть.
для того, чтобы понять и охватить все это многоуровневое дерьмо, нужно знать все эти глубинные и настолько интимные вещи, о которых я не осмелюсь, наверное, писать.

еще я как-то окончательно успокоилась. возможно, это и есть та самая пресловутая гармония, может я действительно познала дзен, но скорее всего это просто состояние спячки. на сей раз крайне глубокой. я не знаю зачем, догадываюсь почему, но мне это нужно. и мне сейчас так комфортно. наедине с самой собой, не утруждая себя даже на разговоры.
я даже не снимаю очки теперь, ибо тогда можно не смотреть прямо в глаза да и вообще как-то привлекать внимание.
будто та я, что не могла справиться с собственным гневом, существовала вообще в какой-то прошлой жизни.
кстати о жизнях. события перестали восприниматься, как часть прошлого. скорее, как какой-то сон или нечто подобное. с момента январского нервного срыва все воспринимается сквозь пелену. четко помню и понимаю, что да, я это делала, была я, все происходило на самом деле, где-то с конца февраля до сегодняшнего момента включительно. и еще прошлое лето, прошлая осень. и все. все остальное - существовало когда-то очень давно, если вообще существовало.
это очень странное ощущение.

да, мне нужны люди, я хочу этих долгих летних теплых ночей, кухонных философий, но всего этого уютного переплетения сознаний я не смогу найти сейчас ни с кем из тех, кого я знаю. мне нужны новые люди. и чем дальше они от всего этого пафосного дерьма, тем лучше. я даже не могу выпить ни с кем по-человечески потому что все друг друга знают и это сводит меня с ума. и эта общая на всех философия и взгляды. как будто я действительно в деревне.

и всякий раз, когда мне хочется что-то изменить, а в солнечном сплетении опять что-то там колит загадочное или начинаются эти странные сны, я просто одеваю кроссовки и иду на стадион.
выбивать из себя всю эту дурь, пока ноги совсем не отяжелеют и ты не начнешь чувствовать гул каждой своей вены, а дыхание не станет горячим.
обретая какое-то совсем уж странное счастье, как, например сегодня, когда все утро висел плотный молочный туман, а воздух был таким влажным и трава так пахла, будто я снова очутилась в Стокгольме. мне снова пел Йонси и, слыша его голос, меня уносило куда-то далеко, к холодной, нахмурившейся скандинавской природе, к горам, к лесу, к этим скромным северным цветам и кустарникам, к морю, к этим меланхоличным краскам.
я бы хотела бы быть рыбаком где-нибудь в Норвегии, чтобы ни на милю вокруг не было ни единой живой души и мы с морем были бы один на один. оно было бы мне и возлюбленной и отцом и Богом. у меня было бы обветренное лицо, я был бы хмур, угрюм и молчалив, мой старый закатанный шерстяной свитер пах бы соленой водой и рыбой. я умел бы чувствовать настроение Моря, оно бы кормило меня.
и я был бы абсолютно счастлив, каждое утро выходя в море и вглядываясь в свинцовое небо и темную воду.